Из Польши с любовью


Прушковский А.Александр Прушковский с теплотой вспоминает далёкую Сибирь…

Разными путями-дорогами поляки попадали в холодную Сибирь, и правда здесь такова, что нередко они оказывались в наших краях отнюдь не по собственной воле.

Во время правления Екатерины II значительная часть Польши отошла к Российской империи, и многочисленные этапы сопротивленцев-бунтовщиков погнали за Уральские горы. Добавили Сибири строптивых переселенцев восстания в Польше 1830 и 1863 годов…

Первого сентября 1939-го Германия напала на Польшу, а через 17 дней против соседней страны без объявления войны развернула боевые действия Красная Армия. Польша, разумеется, не имела никаких шансов в борьбе против двух великих держав, которые сговорились разделить ее как свою добычу. 22 сентября в Бресте в честь «советско-германского братства по оружию» состоялся совместный парад, который принимали комбриг Семен Кривошеин и немецкий генерал Хайнц Гудериан. В дальнейшем согласно Германо-советскому договору о дружбе и границе между СССР и Германией к Советскому Союзу отошли территории Западной Белоруссии и Западной Украины.

Четвертый территориальный раздел Польши (кому интересно – советую найти литературу и почитать о первых трех – А. Л.) обернулся для Алтайского края увеличением численности населения на 10056 «бывших польских граждан». Дело в том, что в 1940-1941 годах органы НКВД СССР осуществили четыре плановые депортации с довоенной восточной территории Польши в Сибирь – поляков, белорусов, украинцев, евреев.

В длинном списке поляков, оказавшихся в Алтайском крае, был и одиннадцатилетний Александр Прушковский.

Он родился в деревне Жохово, которая располагалась в 100 километрах на север от Варшавы. До войны 1939 года успел закончить 4 класса школы. Отец Александра служил младшим офицером в Польской армии. В 1926 году во время государственного переворота (к власти тогда пришел Ю. Пилсудский) он был ранен и после выхода из госпиталя стал получать военную пенсию.

Семья Прушковских имела красивый дом в самом центре деревни и большой сад, в котором росли яблони, груши, вишни, сливы и другие фруктовые деревья. Помимо этого, был еще один дом в городе Остров-Мазовецки, что в 10 км от Жохово. В общем, жили зажиточно, в хозяйстве было около 30 гектаров земли.

После раздела Польши та часть территории, на которой жили Прушковские, досталась Советскому Союзу. Новая граница между Германией и Советским Союзом проходила всего в 4 километрах от их деревни.

– 20 июня 1941 года, за два дня до нападения гитлеровской Германии на Советский Союз, мы были сосланы в Сибирь, в Алтайский край, – вспоминает Александр Прушковский. – До станции Поспелиха ехали по железной дороге, а затем на грузовиках нас повезли в Краснощековский район, в Покровский молмясосовхоз. Как позднее выяснилось – места там очень красивые и хорошо видна Белуха – высочайшая горная вершина Сибири.

Со мной была мама, пятилетний младший брат и брат моей мамы, который поехал с нами добровольно. Он постоянно работал в совхозе, а я только летом, во время сенокоса…

В совхозе Прушковские получили квартиру и зимой для топки печки им привозили дрова и уголь. Так что в их избе даже в большие морозы было тепло. Гораздо хуже было с едой. Всё питание, которое поляки привезли с собой,  закончилось, и они стали обменивать свои вещи на продукты. Положение усугублялось тем, что у «бывших польских граждан» не было права на выезд за пределы административного поселения. Отлучка с места жительства или с работы более чем на 24 часа разрешалась только по указанию коменданта. К тому же не допускалось удаляться из деревни дальше 7 километров.

В конце июля 1941 года, когда немцы уже захватили Белоруссию, часть Украины, Прибалтику, и советские войска продолжали отступать все дальше на восток, в Лондоне были восстановлены дипломатические отношения между СССР и Польской республикой в лице генерала Владислава Сикорского, председателя правительства в эмиграции. Следом появился Указ Президиума Верховного Совета СССР «Об амнистии польских граждан», согласно которому они перестали быть спецпереселенцами и обрели статус граждан дружественного государства.

В этой связи Прушковские могли выбрать другое местожительство. Мама Александра – Стефания Александровна остановилась на Поспелихе – нужно было учить детей, а на этой железнодорожной станции была десятилетка. На новое место прибыли 16 мая 1942 года. Сначала жили в небольшой хате на какой-то улице, а потом поселились в доме на улице Челюскина, где получили квартиру у хозяйки, муж  которой был на фронте. Дом находился на окраине станции, в двух километрах от реки Алей.

– В конце августа 1943 года (предыдущий год пропустил, не учился) я пришел к директору школы, – продолжает свои воспоминания А. Прушковский. – Это был Павел Ильич Щербинин – очень умный, миролюбивый человек. Думаю, что большинство учеников и учителей относились к нему с большим уважением. На мою просьбу записать меня в 5 класс, он сначала ответил отказом. Однако, выслушав мои возражения, пошел мне навстречу и согласился с тем, чтобы я начал учиться в 5 классе, но при этом назначил месячный испытательный срок. И если буду хорошо понимать уроки, то так и продолжу учебу. Испытание я выдержал и стал учеником 5 класса.

В 1944/45 году я учился в 6-ом, а в 1945/46 ходил в 7-ой класс. Но это уже было время нашего приготовления для выезда в Польшу.

В 5 и 6 классах у меня были трудности с обучением русскому языку. Преодолеть эти проблемы мне помогала Александра Александровна (Зыкова – А.Л.), учительница словесности. Она была очень умной и красивой, её любили все ученики. Для меня она всегда находила время, чтобы подсказать грамматику, научить правильному написанию некоторых слов. В душу крепко запали ее слова: «Саша, ты учи стихотворения наизусть и в дальнейшем будешь иметь хорошую память» и давала мне стихи Лермонтова, Пушкина и других поэтов. До сегодняшнего дня я помню некоторые из них, например, «Смерть поэта», «Бородино» и другие. Но это было на уроке, на улице у меня была другая языковая практика – мы с хлопцами распевали некоторые озорные частушки, порой с непечатными выражениями, нам они нравились. Например, «Пойдемте, девушки, купаться, я вас плавать научу…», ну и так далее.

Из учеников, с которыми я дружил, на первом месте были Марат Гаман, эвакуированнный из Ленинграда, и местный Лобчиков. Мы вместе ходили на Алей ловить рыбу, неправедными путями проникали в клуб «Главмука» на просмотр кинофильмов. Помню еще двух девушек –  Лиду Кузнецову и Веру Агафонову. Я им помогал делать домашние уроки по математике, истории и географии. Когда бывал у них дома, их мамы всегда угощали меня чайком и всем, чем могли. Еще очень сердечно вспоминаю нашего учителя географии, не помню точно его имени и фамилии, кажется, его звали Петр Иванович (Михаил Петрович Поляков – А. Л.). Он был боевым офицером, в звании капитана, с фронта вернулся инвалидом войны. Знания, которые он дал мне по своему предмету, сохранились до сих пор…

В июле 1945 года между Польшей и СССР было подписано Соглашение о праве лиц польской и еврейской национальностей, проживающих в Советском Союзе, отказаться от советского гражданства и вернуться в Польшу. Вслед за этим последовала реэвакуация польских граждан: в марте 1946 года Прушковские были уже на своей родине…

Уровень обучения в Поспелихинской средней школе был столь высоким, что Александр сразу пошел во 2 класс гимназии. А затем в течение одного года сумел закончил 3 и 4 классы. После этого продолжил образование в механическом техникуме и по его окончании – в политехническом институте, получив квалификацию инженера-магистра.

У Александра Прушковского интересная трудовая биография. В 1956 году начал работать в городе Люблине, на фабрике грузовых автомашин, которая строилась по советской лицензии Горьковского автозавода. Начинал старшим конструктором, потом был начальником цеха, главным механиком. В итоге получил назначение на должность директора одного из заводов этой фабрики, где производились бронетранспортеры для армии.

С апреля 1967 года Прушковский работает генеральным директором фабрики в городе Иновроцлав, тут уже занимался производством сельскохозяйственных машин. В 1972 году ему поручили строить самый большой в Европе кузнечный завод в городе Явор на посту генерального директора, там он проработал до 1982 года. Потом была работа генеральным директором объдинения заводов сельскохозяйственных машин в Варшаве. В 2000 году Прушковский вышел на пенсию.

– Теперь есть время заниматься творчеством, – говорит А. Прушковский. – Уже написал две книги, в настоящее время готовлю к выпуску третью и четвертую. Моя супруга в свое время работала генеральным директором крупного кристального завода в Иновроцлаве, а потом – в институте стекла и керамики в Варшаве на посту заместителя директора. Теперь она тоже на пенсии. Живем в городе Иновроцлав, над озером, имеем дачу и красивую лошадь по кличке Памела. За многолетний труд получил много орденов и медалей, являюсь Почетным гражданином городов Явор и Стшельно. Вот такая история моей жизни…

Что еще к этому можно добавить? Оказавшись в суровом непривычном климате, не зная языка, в труднейших условиях выживания большинство из представителей польского народа показали себя с достойной стороны. Сибирь стала для многих поляков не только вынужденным местом проживания, но и искренней любовью до конца жизни. Нельзя не сказать добрых слов о простых людях-сибиряках, которые в тяжелейших условиях войны не очерствели душой, и не только сопереживали попавшим в беду людям, но и помогали всем, чем было можно. Мой герой в одной из своих книг на этот счет приводит характерный пример. Однажды местный пчеловод принес его семье целое ведерко горного мёда. И ничего за это не взял – мол, подарок. И это во время войны, когда люди голодали, перебиваясь картошкой да травой-лебедой.

Не случайно Александр Прушковский, высылая в дар две свои книги, в письме на имя главы Администрации Поспелихинского района Петра Шрейдера пишет: «Прошу Вас передать благодарность жителям Поспелихи за хорошее отношение к нам, полякам, которые во время войны жили в вашем районе». Выходит, праведные дела не забываются – помнятся всю жизнь…

 P.S. Автор выражает благодарность Татьяне Витальевне Ролдугиной, учителю русского языка и литературы, заведующей комнатой по истории Поспелихинской средней школы №1, за помощь в написании этого материала.

Материал А.Лапенкова

Фото из семейного архива А. Прушковского

Просмотров: 584